Функцию защиты в уголовном процессе осуществляет

Участники уголовного процесса, выполняющие функцию защиты. Подозреваемый, обвиняемый и гражданский ответчик Подозреваемый, как и обвиняемый, защитник, гражданский ответчик и его представитель, согласно УПК гл. Все названные лица участвуют в уголовном процессе в качестве стороны защиты. В соответствии с ч. При этом следует иметь в виду, что в ст.

Уголовно-процессуальные функции и уголовно-процессуальная форма Уголовно-процессуальные функции определяют как направления уголовно-процессуальной деятельности. Под основными функциями понимают обвинение, защиту и разрешение дела. Функция защиты представляет собой направление деятельности по защите прав и законных интересов лица, в отношении которого решается вопрос о привлечении его к уголовной ответственности. Ее выполняют подозреваемый, обвиняемый, подсудимый и их защитник. Функция обвинения большинством процессуалистов определяется как направление уголовно-процессуальной деятельности по изобличению лица, виновного в совершении преступления, а также поддержание предъявленного ему обвинения в суде. В основном данную функцию исполняет прокурор, но при рассмотрении уголовного дела мировым судьей, функцию обвинения выполняет частный обвинитель, одновременно являющийся потерпевшим. Функция уголовного преследования представляет собой направление уголовно-процессуальной деятельности субъектов уголовного судопроизводства органа дознания, следователя, прокурора по расследованию уголовного дела. В свою очередь уголовное преследование делится на виды: публичное, частно-публичное и частное ч.

Вы точно человек?

Функция обвинения уголовного преследования в системе уголовно-процессуальных функций Господствующим является взгляд, согласно которому обвинение дает первоначальный импульс для возникновения и развития всех других уголовно-процессуальных функций, что именно обвинение служит пусковым механизмом уголовно-процессуальной деятельности.

Обвинение, например, называли "движущей силой советского уголовного процесса", "пружиной, действие которой обусловливает развитие процесса, движение уголовного дела по ступеням", "двигателем уголовного процесса". Таким образом, большинство авторов функцию обвинения понимают как категорию, предопределяющую весь ход уголовного процесса.

Функция обвинения указанными авторами расценивается первостепенной, и только осуществление функции обвинения предопределяет возникновение функции защиты и функции разрешения дела. Без него не возникают не только функции защиты, но и правосудия".

Осуществление уголовно-процессуальной функции обвинения уголовного преследования возлагается на сторону обвинения, которая согласно п.

Отнесение указанных участников к стороне обвинения предполагает наделение их полномочиями в рамках, определенных функцией обвинения. Иначе говоря, любой из этих участников согласно закону вправе осуществлять деятельность, тем или иным образом направленную на обвинение. Прежде чем в законе нашло свое закрепление это положение, между теоретиками долгое время шли дискуссии о роли каждого из перечисленных участников и выполняемых ими функциях.

Причем этих участников чаще всего делили на три группы: 1 органы государственной власти и их должностные лица прокурор, следователь, начальник следственного отдела, дознаватель, орган дознания ; 2 потерпевший и частный обвинитель; 3 гражданский истец. Теперь законодатель объединил указанных участников в одну группу и наделил их полномочиями, однородными по своей сути. В этой связи нам представляется необходимым осветить некоторые дискуссионные вопросы, существующие в теории уголовного процесса о функциях, выполняемых участниками, которые современным законодателем отнесены к стороне обвинения.

Наиболее дискуссионным был вопрос о роли дознавателя, следователя и прокурора. Одна группа ученых считала, что дознаватель, следователь, прокурор в досудебных стадиях осуществляют исключительно функцию обвинения. Однако осуществление дознавателем, следователем, прокурором только функции обвинения противоречило указанию закона на обязательность полного, всестороннего и объективного исследования всех обстоятельств дела. Требование полноты, всесторонности и объективности возлагало на указанных лиц обязанность по сбору доказательств как обвинительного, так и оправдательного характера.

Именно эти рассуждения лежали в основе мнений о невозможности осуществления дознавателем, следователем и прокурором только функции обвинения. Некоторые ученые в связи с этим утверждали, что в стадии предварительного расследования указанные должностные лица осуществляют как функцию обвинения, так и функцию защиты. Другие говорили о соединении в руках следователя полномочий по осуществлению всех трех процессуальных функций. Однако соединение в руках одного лица полномочий по осуществлению нескольких процессуальных функций еще более грубое нарушение, поскольку противоречит принципу состязательности, на что справедливо обращено внимание.

В качестве спасительной альтернативы ученые предложили выделять самостоятельную уголовно-процессуальную функцию - предварительное расследование. Несмотря на то, что эта концепция неоднократно подвергалась критике, она все же позволяла возложить на дознавателя, следователя и прокурора обязанность по полному, всестороннему и объективному исследованию обстоятельств дела, не наделяя их при этом полномочиями по осуществлению противоположных друг другу функций обвинения и защиты.

Действительно, отнеся дознавателя, следователя и прокурора к стороне обвинения, законодатель, тем самым, прямо указал, что их деятельность в процессуальном плане должна быть ограничена рамками, установленными функцией обвинения. Безусловно, такое решение представляется верным, поскольку указывает на целенаправленность сторон в споре. А, как известно, без определения сторон в споре и их позиций не о каком споре, а значит, и состязательности речи быть не может.

Однако в таком случае возникает проблема: как быть с деятельностью прокурора, которую традиционно принято называть прокурорским надзором, ведь прокурор, выступая стороной спора, не должен обладать полномочиями, стороне не свойственными. Точно также следователь и дознаватель, собирая доказательства, оправдывающие лицо, по сути, осуществляют деятельность, обычно противопоставляемую обвинению.

Нам представляется, что прокурор, осуществляя надзор в стадии предварительного расследования, равно как и дознаватель со следователем, собирая оправдывающие лицо доказательства, своей целью имеют недопущение нарушения прав и свобод человека и гражданина.

Такую деятельность следователя дознавателя, прокурора М. Строгович именовал защитой в широком смысле, подразумевая под ней не функцию защиты, а защиту прав человека вообще. Однако смешение в рамках одной модели уголовного процесса функции защиты и защиты как цели деятельности государственных органов пусть даже в самом широком смысле этого слова приводит, на наш взгляд, к неоправданному запутыванию понятийного аппарата.

Поэтому нам представляется более целесообразным обозначить подобную деятельность государственных органов не как защиту, а как охрану прав и свобод человека и гражданина, на что обращалось внимание А. Эта идея прямо подтверждается положениями статьи 11 УПК. Возложение на дознавателя, следователя, прокурора обязанности по охране прав и свобод человека и гражданина, вовлеченного в сферу уголовного судопроизводства, не расходится с положениями принципа состязательности.

Данная обязанность возлагается на должностных лиц независимо от наличия уголовно-процессуального правоотношения. То есть в любом правоотношении, в котором должностное лицо представляет государство, на него законом возлагается обязанность по охране и обеспечению реализации прав и свобод человека и гражданина.

Это есть всеобщая правоохранительная обязанность органов государственной власти и их должностных лиц. Возложение на должностных лиц подобной обязанности в идеальной ситуации свидетельствует не о преобладании полномочий должностных лиц, а скорее о преобладании прав личности. Ведь личность имеет право требовать, чтобы ее права и свободы были надлежащим образом охраняемы всеми должностными лицами, участвующими в уголовном судопроизводстве. Здесь прослеживается стремление государства защитить "слабых", представляемых частными лицами, от нападок "сильных", представляемых должностными лицами, которые, в конечном итоге, действуют от лица государства.

Наверное, это и следует понимать под "самоограничением государства". Кроме того, можно сказать, что деятельность государственных органов, осуществляющих производство по делу в досудебных стадиях, своей целью должна иметь нечто большее, чем простое изобличение и обвинение лица, совершившего преступление. Деятельность указанных органов должна быть направлена на восстановление социальной справедливости.

Обвинение не может существовать ради самого себя. Как только обвинение из средства восстановления социальной справедливости превращается в обвинение ради обвинения, сразу открывается возможность для массовых нарушений прав человека, допускаемых должностными лицами. Обвинение должно быть справедливым. При этом, скорее всего, нельзя говорить, что быть справедливым - удел одного лишь суда. Быть справедливым - это прямая обязанность любого должностного лица. Именно поэтому, на наш взгляд, должностное лицо должно обладать правом на решение вопроса о том, является ли справедливым возбуждение в отношении конкретного лица уголовного дела, либо такое действие повлечет за собой возникновение еще более несправедливой, с социальной точки зрения, ситуации.

По сути, речь идет о тех случаях, когда уголовное преследование лица, совершившего преступление, становится в глазах общества несправедливым. Положения статьи 26 УПК предусматривают схожую процедуру, поскольку говорят о возможности прекращения уголовного дела в связи с изменением обстановки. На практике же эта норма применяется достаточно редко. Это позволяет нам сделать вывод, что должностные лица органов предварительного расследования идею справедливости уголовного преследования понимают исключительно как справедливость приемов и способов его осуществления, но не как справедливость самого факта его осуществления в отношении конкретного лица.

Точно так же справедливость наказания понимается как справедливость его размера и вида, но не как справедливость самого его назначения. К принципиальным решениям законодателя относится не только разделение всех участников уголовного судопроизводства на две стороны имеются в виду участники, имеющие интерес в разрешении дела.

Не менее важным нововведением стала попытка законодателя определить и разграничить такие понятия, как "уголовное преследование" и "обвинение". Несмотря на закрепление в УПК данных понятий, споры на эту тему еще не утратили своей актуальности, поскольку законодатель указанные термины употребляет непоследовательно. Кроме того, в науке имеется иное понимание терминов "обвинение" и "уголовное преследование". Если при определении "уголовного преследования" законодатель и пытался закрепить в УПК положения научной концепции, то явно не одной.

Иначе объяснить столь существенное расхождение в понимании термина "уголовное преследование" при его упоминании в различных статьях УПК не представляется возможным. Например, в п. Из этого определения следует, что деятельность дознавателя, следователя, прокурора до появления в уголовном процессе фигуры подозреваемого или обвиняемого не относится к уголовному преследованию.

Тогда какая же деятельность осуществляется в этом случае лицами, выступающими на стороне обвинения? Поэтому нам представляется более правильной формулировка п. Часть 1 ст. Потерпевший же в соответствии со статьей 22 УПК оказывается не управомоченным на осуществление уголовного преследования, он всего лишь вправе принимать в нем участие.

При этом непонятно, почему потерпевший относящийся, как и должностные лица органов предварительного расследования к стороне обвинения, всего лишь участвует в уголовном преследовании и не наделен полномочиями по самостоятельному осуществлению уголовного преследования. Из названия статьи 23 УПК проистекает, что к уголовному преследованию можно привлечь.

Привлечение к уголовному преследованию по заявлению коммерческой или иной организации. Причем нам представляется, что в данном случае законодатель допустил смешение понятий "уголовное преследование" и "уголовная ответственность". Об этом свидетельствует название аналогичной статьи 27? Если же это была не ошибка законодателя, то отождествление уголовного преследования с уголовной ответственностью является, на наш взгляд, абсолютно недопустимым.

Законодатель ввел термин "прекращение уголовного преследования" вместо термина "прекращение уголовного дела в части". Не смотря на указанные различными авторами некоторые противоречия регулирования данного вопроса Уголовно-процессуальным кодексом, нововведение представляется нам оптимальнее предшествующего положения. Однако мы не можем согласиться с предоставленной суду в соответствии с ч. Как нам представляется, решение о прекращении какой либо деятельности может приниматься только лицом, осуществляющим эту деятельность.

Например, прекращение уголовного дела находится в компетенции лица, осуществляющего производство по делу. В стадии судебного разбирательства эту деятельность осуществляет суд, поскольку именно он "руководитель процесса", и именно поэтому ему принадлежит право прекратить уголовное дело.

Уголовное преследование осуществляет только сторона обвинения. Поэтому думается, что решение вопроса о его прекращении должно зависеть исключительно от усмотрения участников, на этой стороне выступающих. Суд не может прекратить уголовное преследование хотя бы потому, что сам его не осуществляет. Наверное, с некоторой долей условности можно сказать, что суд вправе обязать сторону обвинения прекратить уголовное преследование, но это решение суда не может быть оформлено иначе как в виде оправдательного приговора.

Пункт 45 статьи 5 УПК уголовное преследование отождествляет с обвинением, поскольку другого вывода из фразы, что "стороны - это участники уголовного судопроизводства, выполняющие на основе состязательности функцию обвинения уголовного преследования курсив наш - Ф. Как видим, позиция законодателя в вопросе понимания уголовного преследования не отличается целостностью.

Более того, нам кажется, что у законодателя по данному вопросу, как таковой, позиции нет. В законе отражены обрывочные мысли различных школ права. Причем, если поставить перед собой цель установить авторов этих идей, то достигнуть ее можно без труда. Однако, если попытаться отсечь из законодательных определений все лишнее и явно ошибочное, то можно прийти к следующему выводу: уголовное преследование понимается законодателем как деятельность, осуществляемая только должностными лицами органов предварительного расследования и прокуратуры.

Если не считать положений п. Потерпевший по указанной категории дел также участвует в осуществлении уголовного преследования, однако, при том условии, что участие потерпевшего в уголовном преследовании не должно расходиться с линией поведения должностных лиц; термин "участие" становится близким по своему смыслу термину "помощь".

Действительно, если проанализировать положения УПК, касающиеся правового статуса потерпевшего, то станет очевидным, что право потерпевшего "помогать" в осуществлении уголовного преследования как нельзя лучше отражает действительное положение вещей. По делам частного обвинения потерпевший также не осуществляет уголовного преследования, поскольку статья 22 УПК наделяет потерпевшего правом только выдвигать и поддерживать обвинение. Это лишний раз подтверждает то положение, что уголовное преследование, по мнению законодателя, вправе осуществлять только органы государственной власти.

Кроме того, пункт 25 статьи 10 МУПК, не нашедший своего отражения в УПК, гласит, что к органам уголовного преследования относятся прокурор государственный обвинитель , следователь, дознаватель. Как видно, законодательство не содержит стройных мыслей по поводу разграничения понятий "обвинение" и "уголовное преследование". Конечно, с данным положением можно смириться, если принять к сведению, что задачей законодателя не является формулирование стройных теоретических концепций.

Данная задача, безусловно, может стоять только перед наукой. Но если законодатель решился на использование в тексте нормативного акта каких-либо спорных положений, то, по крайней мере, он должен быть в этом последователен.

Закон, как нам представляется, не научный журнал, и на его страницах не должны присутствовать различные толкования одного и того же понятия.

ПОСМОТРИТЕ ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Защита по уголовным делам

Функция защиты как необходимый элемент состязательного процесса / в уголовном судопроизводстве едина по своей сути, осуществляется всеми. функции защиты понятие и сущность в уголовном процессе простор для возможного поведения и осуществления действий, а с.

Горбачева, Е. Функция защиты как необходимый элемент состязательного процесса. Мировая практика показывает, что правовое государство существует в том случае, когда в стране имеется и эффективно функционирует судебная власть, которая должна претворяться в жизнь господство права, воплощать в реальность и утверждать самоценность человека, его достоинство и свободу. Несмотря на то, что теории уголовного процесса достаточно давно ведутся дискуссии о состязательности в уголовном судопроизводстве и ее месте в системе принципов уголовного процесса, только Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации в ст. Если обратиться к вопросу о необходимости закрепления состязательности как принципа судопроизводства, то здесь были высказаны диаметрально противоположные суждения. Так, например, В. Даев отрицал наличие принципа состязательности, поскольку все его структурные элементы составляют содержание других принципов уголовного процесса, а именно: осуществления правосудия только судом, презумпции невиновности, обеспечения обвиняемому права на защиту, равенства прав участников судебного разбирательства [1]. Было высказано также суждение о том, что принцип состязательности не может иметь места потому, что, во-первых, он не обладает признаками, присущими понятию принципа процесса; во-вторых, то, что, понимается под принципом состязательности, является не следствием, а причиной, источником принципов процесса. Все принципы процесса лишь проявление его формы и, следовательно, система принципов должна формироваться с учетом именно формы уголовного судопроизводства [2] , а состязательность представляет собой способ исследования доказательств в судебном заседании, а не принцип процесса [3].

Функция защиты в российском уголовном процессе и роль в ней института адвокатуры Дмитриева Наталья Александровна Диссертация - 480 руб.

Функция обвинения уголовного преследования в системе уголовно-процессуальных функций Господствующим является взгляд, согласно которому обвинение дает первоначальный импульс для возникновения и развития всех других уголовно-процессуальных функций, что именно обвинение служит пусковым механизмом уголовно-процессуальной деятельности. Обвинение, например, называли "движущей силой советского уголовного процесса", "пружиной, действие которой обусловливает развитие процесса, движение уголовного дела по ступеням", "двигателем уголовного процесса". Таким образом, большинство авторов функцию обвинения понимают как категорию, предопределяющую весь ход уголовного процесса. Функция обвинения указанными авторами расценивается первостепенной, и только осуществление функции обвинения предопределяет возникновение функции защиты и функции разрешения дела.

1.2. Функция обвинения (уголовного преследования) в системе уголовно-процессуальных функций

Состязательность и равноправие логически подразумевают противоположность и различие двух сторон стремящихся к разным целям в процессе и соответственно выполняющие различные и антагонистические роли и задачи. Вообще, уголовно-процессуальная функция — направление вид деятельности субъектов уголовного процесса, обусловленные их ролью, назначением или целью участия в производстве по уголовному делу. Поэтому и функцию защиты как противоположную функции обвинения следует определять как деятельность ставящую целью достижение благоприятных в правовом значении последствий и разрешения уголовного дела для подзащитного. Совокупность прав и обязанностей защитника определяет его правовой статус, который с одной стороны раскрывает простор для возможного поведения и осуществления действий, а с другой ограничивает эти действия предусмотренными в законе пределами. Таким образом, деятельность по оказанию юридической помощи и осуществлению защиты преследуемого лица является содержанием и наполняет практическим смыслом процессуальную функцию защиты. Ограничить способы и средства защиты к которым прибегает адвокат-защитник в своей практике можно только нормативно-правовым актом, предусмотрев законодательно пределы осуществления прав. Ограничением такой деятельности можно назвать получение доказательств с нарушением закона, то есть таким способом когда полученная информация не может быть учтена судом в качестве допустимого доказательства. Перечень полномочий защитника приведен законодателем в ст. Раскрывая сущность функции защиты, следует обратить внимание на то обстоятельство что закон возлагая обязанность на правоохранительные органы предоставить защитника или что то же обеспечить квалифицированную юридическую помощь, не раскрывает понятия самой квалифицированной помощи которая по существу и наполняет содержательно функцию защиты.

Понятие и сущность уголовно-процессуальной функции защиты

Функция обвинения Функция обвинения в уголовном судопроизводстве выражается уголовным преследованием. Определение 6 Согласно пункту 55 статьи 5 УПК под уголовным преследованием подразумевается процессуальная деятельность, которая осуществляется обвинительной стороной, дабы изобличить подозреваемого, обвиняемого в содеянном преступлении. Суть данной деятельности состоит в том, чтобы привлечь лицо к уголовной ответственности, собрать доказательства, вывести на чистую воду виновных, применить меры пресечения и т. В этих статьях закон не прописывает, что функцию защиты может реализовать также подозреваемый, но то, что он является участником уголовного судопроизводства со стороны защиты глава 7 УПК, статья 46 УПК , явно указывает на осуществление им в процессе уголовного судопроизводства защитной функции. Данная функция воплощается в процессуальных действиях указанных выше участников уголовного судопроизводства по поводу опровержения подозрения и обвинения, вины человека, совершившего преступное деяние, выявления обстоятельств, которые исключают факт преступности и наказание совершенного деяния, освобождают человека от уголовной ответственности, наказания, смягчают его ответственность, оправдывают его и т. Вывод 1 Итак, функцию обвинения и функцию защиты выполняют в уголовном деле стороны, которые преследуют в собственной уголовно процессуальной деятельности противоположные интересы и действуют на основании принципа состязательности. Вот поэтому состязательность является самым важным принципом в уголовном судопроизводстве. Согласно статье 123 Конституции России и статье 15 УПК состязательность подразумевает четкое разграничение функций обвинения, защиты и решения уголовного дела, при этом их невозможно возложить на один и тот же орган либо одно и то же должностное лицо. Главное условие надлежащего исполнения функции обвинения и функции защиты в уголовном судопроизводстве на основании принципа состязательности — это равноправие сторон обвинения и защиты перед органом правосудия.

.

.

Раздел I. Общая часть

.

.

.

.

.

.

ВИДЕО ПО ТЕМЕ: Прокурорский надзор за следствием и дознанием
Похожие публикации